Иваново, оранжерея и путь длиной в 30 лет: честный разговор с Женей

Началось всё в 90-е — в школьной оранжерее, среди монстер и тетрастигм, пока за окном была грязь и разруха. Дальше — социология, аспирантура ВШЭ, Сеул, Екатеринбург и коллекция, которая «выкристаллизовывается эмпирическим путём»: максимально загрузить, максимально выгрузить, оставить только звёздочки.

В интервью Женя рассказывает:

• почему летом она не поливает растения неделями и не чувствует вины;
• как коллекция без любимого рода или вида вообще может работать;
• зачем закрывать проекты на пике и что это даёт;
• почему «поделиться — не значит обеднеть»;
• и три совета тем, кто только начинает, и тем, кто уже профи.

Группа в ВК «Комнатные растения с Евгенией Лисовой»

Youtube канал Евгении

Личный Telegram канал Евгении Лисовой. Про растения и жизнь.

Честно, без глянца и без выгорания. Смотрите эфир или читайте полностью ниже 👇. Все ссылки, про что говорили в эфире, публикую после видео.

Интервью с Женей

— Расскажи про свой путь. В школьном возрасте он у тебя начался в оранжерее. Как ты докатилась до того, что есть сейчас?

Ой, не знаю. Мне кажется, это так неинтересно. И непонятно, как рассказывать — коротко или, может, непонятно быть длинно. Ну, в общем, что сказать? Я по натуре авантюристка, и меня носит то туда, то сюда. Я родилась в городе Иваново, а потом я жила в Москве, потом я жила в Сеуле, и последние 12 лет я живу в Екатеринбурге. Вот поэтому такой у меня насыщенный был график жизненный.

А по поводу растений, с чего всё началось. Началось, конечно, с обучения в лицее. На тот момент наш лицей был один из самых крутых школьных организаций в городе, и туда периодически приглашали кого-то из оранжереи. Ольга Владиславовна и Андрей Павлович пригласили нас в оранжерею. Это, мне кажется, был класс девятый, а может, десятый — с датами у меня очень плохо, тот период весь в тумане.

Надо понимать, когда были девяностые у нас — грязь ужасная, мусор никто не вывозил, ларьки в огромных количествах, ещё ночью их сжигали. Всё вот это ужас и кошмар. При том, что учёба была — по семь уроков каждый день, в том числе суббота. То есть нагрузочка такая хорошая. Ну, естественно, когда ты из этой срани попадаешь в великолепие — там особняк красивый, практически купеческий, эти лестницы мраморные, литьё, оранжерея красивенная с панорамой, эти монстеры, эти тетрастигмы, эти антуриумы. Там было тепло и влажно, а везде было холодно и грязно. Вот поэтому мы все, дети, туда бегали за терапией. Терапия у нас была цветочками.

— Это было в Иванове? Оранжерея до сих пор есть?

Да, это в Иванове было. Оранжерея до сих пор есть, там до сих пор работает Ольга Владиславовна и Андрей Павлович, уже под 70. Они думают, что никому это не оставить, никто не хочет идти этим заниматься. И до сих пор там, блин, здорово.

— Получается, ты там была все школьные годы, десятый-одиннадцатый класс, а потом училась и к ним приходила заниматься, на первом курсе? А где ты училась — не связано с растениями?

Первое высшее я получила на кафедре социологии в Ивановском энергоуниверситете. Не знаю, как они уж сошлись, эти две дисциплины — социология и энергоуниверситет.

— И с тех пор это увлечение растениями пошло, эта красота тебя захватила?

Ну да, надо понимать, что у нас обучение строилось так: уроки проходили где-то два-три раза в неделю, третий раз можно было прийти на полив в пятницу или в субботу, а два раза это были двухчасовые минимум занятия. Первый час мы садились кружочками, пили чай, нам рассказывали, рисовали, например, монстеру, её историю, её строение — вся эта теоретическая часть. И обязательно была викторина по прошлым знаниям, как нас Ольга Владиславовна стимулировала. Она говорила: "Вот у меня три вопроса, три цветочка, кто правильно ответит". Кто отвечал, тому цветочек. Мы, естественно, готовились, повторяли. И таким образом за это время у каждого образовалась коллекция.

А второй час занятия — это работа со своим сектором. За каждым были закреплены полки, прямо границы, где у кого что начинается. Ходили, кому надо, пересаживали, удобрения разводили. То есть час ещё возились с растюхами. Потом опять собирались, чаёк пили.

— Слушай, а вот с грунтом тогда как было — это был торф или чернозём?

Я плохо помню, но, по-моему, это была листовая земля какое-то время, а потом уже торф. То есть мы как раз застали на границе листовую — мы готовили листовую землю сами, нам рассказывали, как это, и уже переходили на торф. Но грунт с огорода мы точно не использовали, и они точно не брали. Земля как земля, в оранжерее её не было.

— А сейчас они продолжают заниматься со школьниками?

Да. Большое количество людей они воспитали. Многие из-за того, что это было настолько тесно связано с удовольствием — посиделки вечерком с чаем, что-то интересненькое, вкусненькое, полив, — что потом многие, хоть и закончили университеты в качестве юристов, экономистов, всё равно вернулись. Ушли в ландшафтный дизайн, или у них своя большая коллекция. Например, Александр Черкасов — он сейчас из Иванова в Питер уехал, ветеринаром работает, у него своё сообщество по папоротникам большое, у нас был эфир. Он учился намного младше меня. А с Антоном я училась — Антон сейчас в Москве, у него свой крутой магазин называется "Собран в саду". Тоже такая личность интересная.

— А после института ты уехала в Сеул?

Нет, после института я поступила в аспирантуру Высшей школы экономики. И стала работать тоже в Высшей школе экономики, на Мясницкой, во всей этой администрации. И параллельно ещё поступила в магистратуру, училась в аспирантуре, в магистратуре. Ну и понятно, что я выгорела нахрен от этой социологии. Так мне эта Москва нужна была — что тут интересного? Вот я собрала манатки и улетела в Сеул.

— А на протяжении магистратуры, аспирантуры у тебя были растения дома? Коллекция продолжала жить?

Я жила в общежитии. Конечно, когда я уехала из дома, дома быстренько всё закончилось — там остались три бедолаги, и всё. И уехала в Москву в общагу — там мало что можно было вырастить. И не до этого было, наверное, такая насыщенная жизнь. Самый такой бум цветоводческий, я так заметила, начинается тогда, когда своё жильё появляется — даже не арендное, а именно своё собственное. И тогда я погнала. Это уже случилось в Екатеринбурге, после замужества.

— Когда были дети маленькие, хобби у тебя угасало?

Слушай, нет, не могу сказать, что угасало. Ну, как-то я ставила всё повыше, подвешивала — в смысле, что я так уставала, что у меня не хватало времени на цветы. Но я, наверное, в тот момент не покупала новые цветы, не собирала. Я в тот момент больше смотрела, читала что-то про растения. То есть я так компенсировала.

— А бывает, что ты чего-то не знаешь и расстраиваешься из-за этого?

Наоборот, меня это так возбуждает, когда я что-то не знаю. Мне так интересно становится, я начинаю копать. Меня, наоборот, это одушевляет, когда я чего-то не знаю.

— Какой у тебя подход к узнаванию, обучению? Если ты чего-то не знаешь, ты заряжаешься. А например, новое растение — ты идёшь опытным путём, или читаешь, лезешь в интернет?

Наверное, и в жизни, и в любом аспекте, и с детьми, и с растениями, и с самой собой — я использую вообще всё, что только можно, все источники, откуда можно собрать информацию по конкретному вопросу, я подтягиваю всё. То есть если у нас есть цветок — и опытный путь, и эксперты, и статьи, и интервью, и ревью, и перспектива, и лунный календарь, и гадание на картах Таро — всё, что можно притянуть, я стараюсь так всё соединить, потому что каждый аспект не исключает, а только дополняет. И это круто, что сейчас у нас есть возможность получить такое объёмное знание и уже строить гипотезы в изобилии фактов, а не когда их мало.

Я научным сотрудником работала много лет, и исследователем, поэтому мне такое любимое — сидеть копаться в книгах. Наверное, с детства, копаться в журналах с юности, со студенчества. Как только появилась подписка на ЭБС, с ЭБС и архивами я начала работать ещё на третьем курсе университета — сидеть ковыряться в статьях, Scopus, эта база цитирования. Ой, это я обожала. Сидишь, ковыряешься. Просто удовольствие от того, что ты наковыряла что-то. Уже сил не хватает посмотреть, но вот само удовольствие в чём-то поковыряться я получаю неимоверно.

— У тебя во ВКонтакте написано "уверенный цветовод без выгорания". Был у тебя период, когда совсем не хотелось подходить к растениям?

Он случается всегда в один и тот же момент периодически. Я думаю, что этот период завязан в том числе на периодике, на календаре. Например, всегда летом я не подхожу к растениям — я почти всех пакую в пакеты. Я могу их в пакетах не поливать 3-4 недели, все в тепличке. И я гуляю всё лето, потому что знаю, что мне сейчас это неинтересно. Зачем я буду себя насиловать тем, что мне не интересно? Сад — там пионы цветут, розы цветут, моё внимание там. Но начинается осень, я такая: "Да что это сад, это морковка, что это укрывать. А вот комнатные — это да". Поэтому я себе составила график, когда я осознанно сею отпуск и отдыхаю от растений, без всяких там чувства вины, что я там загубила, не загубила. И у меня очень жёсткие рамки, потому что мне важно сохранить свою работоспособность. А если я буду тянуть, я себя только измочалю и приду к не очень хорошему, потому что мне это всё не надо, всё в паутинном клеще, я всё собираю, все горшки выкидываю в помойку. И на этом всё заканчивается. И много цветоводов мы потеряли на этом этапе.

— А как ты пришла к этому графику — в одночасье решила или наблюдала за собой?

Наблюдение. Наблюдение — основной метод исследования.

— Интересно про составить график. Мы же все хотим быстрых решений, а тут наблюдать в течение года, чтобы составить свою беспроблемную световую карту...

Но я спрашиваю девочек — кто-то говорит наоборот. Те, кто только начинают с цветами заниматься, у них на лето, наоборот, пик приходится, потому что они первый раз видят это буйство, когда лист за листом — им это очень интересно наблюдать. Но они же начинают докупать и докупать не десятками, а сотнями экземпляров. И вот тогда это становится проблемкой.

— А как ты формируешь коллекцию?

Я решила, что мой дом — это хаб, и в него может войти всё, что угодно, и выйти тоже всё, что угодно. Поэтому у меня коллекция выкристаллизовывается эмпирическим путём. Я максимально много в неё загружаю и максимально много выгружаю. А то, что осталось — это прямо звёздочки, которыми я годами любуюсь, которые идеально подходят и к моей квартире, и условиям моей заботы, к пересушкам и так далее, и эстетически меня возбуждают, что это не что-то унылое.

— Есть у тебя любимые роды, виды?

Нет такого. Я очень полигамна. На фоне ароидных... сейчас же у нас в основном у всех всё равно ароидные. Сказать, что сансевиерий больше, чем фаленопсисов — ну, вроде нет, фаленопсисов побольше, есть антуриумы. Ну, наверное, любимчики в каждом виде-роде есть. Но сейчас костяк, конечно, ароидные.

— А сейчас есть растение, за которым ты прямо горишь после последней выгрузки?

Один, наверное, сейчас уже нет. Раньше было такое, когда меньше было новых растений. Я помню, когда первый раз появилась Маранта ъээ.Lemon Lime — это американский сорт, её везде анонсировали, а была пандемия, у нас их не было. А у меня подруга живёт в Бостоне, и я ей говорю: "Кэт, я хочу, не могу, я просто теку с этого Lemon Lime". Вышли мне, пожалуйста, из Бостона маранту. Магазин отправил в обычной упаковке, в обычном кейсе — они же не знали, куда. Она шла два месяца, чтобы вы понимали, два месяца. И всё равно чуть-чуть живая, один лист живой, и она восстановилась. Вот тогда, наверное, из совсем последних было — алоказия Black Velvet, до неё Билли, Карамель.

А сейчас такое ощущение, что растений стало больше, и нет у нас такого прицела, чтобы все хотели только одно. Я сегодня как раз публиковала, смотрела самые дорогие растения — сейчас самое дорогое растение это алоказия веном Pink Variegata Tricolor, она стоит где-то 1500 долларов. Ну, красивая, но сказать, что я прямо хочу, не могу — нет. Как-то алоказии очень сильно меня остудили в этом плане, потому что раньше купишь филодендрон — он у тебя растёт. Маранта два месяца шла — растёт. Ты купишь алоказию — она за день сдохнет, думаешь: что-то не так. Я уже и не хочу алоказий.

— Какие примерно объёмы коллекции? Сколько примерно времени занимает уход в день, в неделю?

Вообще не знаю. Черенки, как считать? Ну плюс-минус нормально сейчас. Я тоже не считаю время, правда, потому что для меня до сих пор это связано с удовольствием. А когда ты с удовольствием чем-то занимаешься, ты теряешься во времени. Я зато поняла, что когда ты работаешь с большой коллекцией, эффективнее не работать с ней каждый день по два-три раза в неделю, например, или раз в неделю по часу, по двум-трём часам — намного эффективнее каждый день по 10-15 минут. Они дадут больше информации и будут лучше сказываться на результате, чем раз в неделю.

— Ты проводишь какие-то эксперименты — что-то добавить, стимуляторы? Один стимулятор на всех пробуешь, или именно с конкретным растением?

Смотря в какую точку календаря мы попали. Если лето, у нас жара — я, наверное, лью всё, что угодно. Когда осень, у нас уже более размеренный рост, я начинаю тестировать новые удобрения. У всех сейчас цветоводов свои графики удобрения для разных растений — мы же знаем, что антуриумам дополнительно магний-кальций лить. У нас есть отдельный полив. Плюс есть особостраждущие — кто-то постоянно страдает от паутинного клеща, я сейчас заметила, поэтому дополнительно кремний даю. А что-то, например, аминокислоты — всем подряд.

— Кто тебя вдохновляет?

Из цветочных я уже долгое время вообще никого не смотрю, потому что на это не хватает времени, когда у тебя жёсткий тайминг. Я не смотрю сериалы, не могу сказать, что вот села и посмотрела — так, летом, наверное, была "Ещё одна сестра Бентли", я её залпом посмотрела, а так смотреть — не про меня, нет времени.

Наверное, вдохновляюсь селекционерами, которые работают, питомниками, крупными, кто лидеры хозяйства. Aquagenera мне очень нравится, там своё развитие, микролаборатории развиваются. Смотрю, как он там по джунглям лазит — сейчас я записываю Дениса Брагина, он живёт во Вьетнаме.

— А где ты узнаёшь о новинках?

Приезжаешь в Таиланд, идёшь на выставку растений, и там всё, что ты видишь — это всё новинки. Я один раз была, но можно посмотреть видео с выставок — выставки в Индонезии, в Америке, как выращивают что-то фермами, фермы по выращиванию каладиумов. То есть мне скорее не про личность, а вот за этим наблюдать очень интересно.

— Какая у тебя мечта, и где ты себя видишь через 10 лет?

Мечты нет вообще, потому что у меня как-то всё есть. Только планы, какой-то глобальной мечты нет. Долгое время была мечта — книга. Кстати, это типичный вопрос в Азии — там один из первых вопросов: как тебя зовут, какая у тебя мечта. Но они всегда что-то социально одобряемое выдают — стать врачом, помогать всем людям, или стать музыкантом невообразимым. У меня долгое время мечта была — реализовала дом, это был мой брачный договор. Я когда замуж выходила, говорила, что без дома жить не могу. Он согласился — я убедительные доводы привела.

— А вот я хотела узнать — ты дисциплинированный человек?

Я очень дисциплинированный человек. Я в своём фитнес-клубе вхожу в десятку людей из всех клиентов, кто ходит, не нарушая график по посещаемости, по дисциплине. Даже сейчас, например, я пишу журнал — каждый день что-то делаю, каждый день работаю, что-то пишу, не скажу, что это какие-то жёсткие нормы из разряда 50 слов, абсолютно нет. Но основное условие, что это каждый день, и что для этого ты выкраиваешь в расписание, ставишь отдельно время и не рассчитываешь, что у тебя будет эффект через месяц. Даже со спортом я думаю: это до конца жизни, на года. Раньше составляла план на день, сейчас больше интуитивно работаю, потому что у меня есть расписание на неделю, и план на день я координирую с расписанием на неделю потихоньку.

— Как успевать реализовывать все идеи? Нужна лекция по тайм-менеджменту от цветовода и творческого человека.

В тайм-менеджменте главное, чтобы женщина была в курсе себя, потому что если у неё маленькие дети, если она не спит, если у неё гормональный фон не очень выровнен, стрессы, дефициты по микроэлементам — то ни о каком тайм-менеджменте мы говорить не можем вообще, там бы выжить, доползти и как-то восстановиться. А когда уже дети подросли, ты понимаешь, что у тебя появляется время, ресурс, ты себя не истощаешь, наоборот чувствуешь, что энергия пошла, можно что-то поделать из удовольствия, не из страха, не из желания всё успеть. Когда уже — блин, мне это интересно, я готова заниматься этим годами.

Кстати, меня очень вдохновляет книжный блогер, буктюбер Людмила Личе — я на неё подписана уже лет 20, была подписана, когда у неё ещё тысяча подписчиков была. Она вдохновляет тем, как дисциплинированно ведёт свой блог. Книжный вкус у нас расходится, но очень вдохновляют люди, которые делают дело очень долго, упорно, годами, идут к своей цели, рассказывают о сложностях их преодоления, но вместе с тем не выглядят измождёнными, истощёнными — их дело растёт. Потому что растениями можно заниматься до бесконечности, вопрос в том, чтобы не бросать. У нас 90% цветочных блогеров, кто был в начале, когда мы познакомились, слились. Причём есть такие, которые очень большой масштаб набрали и пропали — разогнались хорошо, и школы, и озеленение, и продажи, и курсы, а потом хоба — и всё, сгорели. Вот этого я точно не хочу. Поэтому для меня очень важно менталочку беречь, потому что все эти депрессивные синдромы, эпизоды и антидепрессанты — это уже профильная история. Хочется найти этот баланс. Наверное, поэтому я не бросаюсь в какие-то глобальные продажи, супер-курсы — короткая, как будто бы, история.

— Ты выгорела от клуба, или просто захотелось другого формата?

Просто захотелось другого формата. Знаешь, основная проблема — я делала его для себя, чтобы расти и не завязнуть. И в какой-то момент я поняла, что отдаю больше, чем получаю, и это меня тянуло сильно. И когда я сейчас закрывала на днях клуб, я поняла, что прямо кайфанула от того, что завершаю этот проект. А завершать что-то — это тоже большое удовольствие, ты испытываешь облегчение и идёшь дальше — что-то новое, что-то другое, одно закрывается. Хотелось масштабироваться, хотелось развития, переосмысления. Понятно, что формат Telegram-канала меня вообще не устраивает — эта лента дурацкая, всё мне не нравится.

— А ВК-донат у тебя тоже давно существует, он тебя так сильно не напрягает, потому что там более свободный формат?

Да, ВК-донат, во-первых, он уже структурирован и сделан так, что он сам на себя работает — там не надо каждый день что-то делать, там уже есть структура, обучение, разные чаты, включаются чуть-чуть другие механизмы. Это интересно — создавать настройки, более сложные системы. А в Телеграме что — даже написать всем это проблематично.

Я полюбила ВК после блокировки другой сети. Сначала хаос, потом структура. Сейчас я многое знаю и про ВК-донат, и про ведение сообщества, эта тема интересная. У меня в комментариях нет хейтеров, потому что я сразу говорю: будете так себя вести — я включу [ограничение] и исключаю.

— Как удаётся совмещать разнообразную коллекцию и попугая?

Когда двое детей, попугай, честно, погоду сильно не делает. Особенно мелких — попугаи это вот как трёхлетка такой. Они такие громкие, шкодные, всё внимание на них. Это мой четвёртый попугай, потому что с первыми тремя не очень всё было хорошо. Хоть я и читала, и смотрела, но практика показала, что гораздо больше всего надо знать про попугаев, чтобы их разводить. Буду надеяться, что с этим подольше мы поживём.

— Где ты видишь себя через 10 лет — будешь ловить баланс, или пойдёшь в масштаб?

Может быть, это ещё одна книга, ещё несколько книг я так вижу, но одну точно. А по поводу зелёного пространства, на мой взгляд, это не масштаб, это, наоборот, сужение, очень сильное урезание ситуации в целом — это прямо себя кастрируешь сильно. Либо же прямо хорошо пахать на это зелёное пространство и функционально его включать разнопланово. Я никогда не хотела ни зелёное кафе, ни питомник, ничего такого — я как будто не про это. Я больше про информацию, потоки данных, систематизацию, написание чего-то.

А по поводу места жительства — я, видишь же, постоянно куда-то. Я быстро адаптируюсь, и не исключаю, что уеду жить в другой город. Екатеринбург неплохой город в плане жизни, он очень подвижный, мобильный, тут пашут просто. Но он маловат для меня, как будто бы, после Сеула он очень такой маленький город. А в Москву не хочется — я там уже жила, ничего там хорошего. Питер тоже нет, Сочи исключён, Владивосток, Новосибирск — как будто в России особо не из чего выбирать. А если в Тайланд переехать, в Сеул — только Азию, наверное, рассматриваю.

— Ближайшие планы — журнал "Ботва"? Ты им хочешь заниматься? А следующая книга?

Да, это мой основной проект сейчас будет, года два, наверное, точно. Следующая книга — я пришлю журнал и скажу: если хотите, я сгруппирую данные, и что-то похожее можно выпустить. Книга, в принципе, это не денежная штука, это больше статусная. Ты получаешь свои 20 тысяч за полгода — думаешь, что-то не сходится.

— Ты занималась озеленением, у тебя давно в блоге мелькало, лет пять назад?

Я попробовала, я поняла, что это вообще не моё. Там много денег, конечно, много движухи, надо быть очень мобильной, в идеале свой автомобиль, а я не водитель. И нужно договариваться с людьми, которые растения не любят — а вот это мне очень не нравится, общаться с людьми, которые тебе говорят: "Ну ты что, тут зеленушку повесь, чтобы дырку закрыть и чек повысить". Лучше говорить про это людям, которые могут это услышать. Я себя там видела неэффективно и работала неэффективно, хотя это интересно для другого конструкта человека — материально прибыльно и доходно.

— Три совета начинающим цветоводам?

Идите на все мероприятия, которые есть у вас в городе. Общайтесь с цветоводами, покупайте все растения, которые можете себе купить, выкидывайте те, которые плохо растут, замечайте, что мало растут. Общайтесь, делайте хобби любимым — то есть не истощайте себя растениями, а наоборот, от растения берите что-то себе, удовольствие. Фотографируйте, выкладывайте, помните, что вы можете стать задавателем трендов. Рассказывайте, показывайте, мы каждый в ответе за это, можем на это влиять. У нас узкая область, и вам кажется, что цветоводов миллиард, а цветоводов очень мало.

— А три совета профи?

Идите в качество, убирайте снобизм. Если вас просят объяснить — объясняйте, а не говорите, что ищите информацию. Делайте сообщество дружелюбным и помните, что вы отвечаете за тренды: если вы не покажете, не расскажете — то никто не покажет, не расскажет, и эта тема затухнет, сойдёт на нет. Чтобы нам расширять наше дело, надо больше фотографировать, снимать ролики, выкладывать — информационный поток должен быть чуть пошире. Мы сейчас всё-таки какой-то придаток от американских трендов, от азиатских трендов, самостоятельного голоса у нас особо не вижу. А хотелось бы, потому что цветоводов у нас много, школа у нас старая, данных у нас достаточно, информация просто потрясающая, но мы что-то всё жмёмся.

Хочется это более взрослое поколение сместить более лояльными миллениалами. Ты думаешь, вот ты что-то расскажешь — и от тебя убудет. На самом деле, то, что ты расскажешь, к тебе от этого придёт больше людей. У всех почему-то сознание, что если они раскроют информацию — они обеднеют, а на самом деле к тебе возвратится. Своя компания организуется, свой кружок, друзья по интересам — это же круто.